В сумрачных глубинах японской мифологии, где реальность переплетается с фантазией, бродит загадочный ёкай — канадзутибо, что значит «молот‑жрец».
Рис. 5. Екай с молотом, замеченный в "Хякки Ягё Эмаки" (на свитке с изображением ночного парада ста демонов). Фрагмент 1. Период Муромати (1336 - 1573 гг.)
Его облик — загадка, меняющаяся от свитка к свитку, словно отражение в потревоженной воде. Одни художники рисуют его похожим на странную птицу с клювообразным ртом, другие — как гротескное, уродливое существо, напоминающее гоблина. Но одно остаётся неизменным: в руках он повсеместно держит огромный молот, занесённый над головой, будто готов обрушить его на другого ёкая в ночной схватке.
Рис. 6. Хякки Ягё Эмаки. Фрагмент 2.
Длинные распущенные волосы развеваются за его спиной, а выпученные глаза, кажется, видят то, что скрыто от смертных. Он появляется на древних свитках, запечатлевших ночной парад ста демонов, — без имени, без истории, лишь смутный силуэт среди теней.
Рис. 7. Канадзутибо. Ночной парад ста демонов (Хякки Ягё). Фрагмент. Каванабэ Кёсай. 1890 г.
Лишь много позже, в эпоху Эдо, люди дали ему имя — канадзутибо, или дайчиути («землеройка»), а ещё — оари, «гигантский муравей». О нём слагали легенды, пытаясь разгадать его суть.
Одни шептали, что это дух трусости. Его поза и молот будто воплощают древние пословицы: «Прежде чем перейти, разрушь каменный мост» — предостережение быть осторожным, и «Как молот в воде» — напоминание смотреть под ноги, ведь тяжёлая головка тонет, а рукоятка торчит вертикально, выдавая опасность. Может, он преследует тех, кто поддался страху, или сам вселяет ужас, превращая смелых в трусов?
Другие рассказывали иную историю — о народе кофун, строившем огромные земляные курганы. Говорили, что когда‑то муравьи почитались там как божественные существа за умение возводить подобные насыпи. Но когда вера угасла, обиженные духи превратились в ёкаев, похожих на муравьёв, — так родился оари. Правда это или вымысел — неизвестно, но легенда живёт.
Рис. 2. Канадзутибо. Торияма Сэкиэн. Иллюстрированное собрание 100 случайно выбранных демонов. 1784 г.
А в 1784 году художник Торияма Сэкиэн в своей книге «Хякки цурэдзурэ букуро» дал ёкаю новое воплощение. Он увидел в нём ярикэтё, «вождя волосатых копий» — цукумогами (вещь, обретшая душу через 100 лет), рождённого из древнего церемониального оружия. Копья яри [1], украшенные шерстью и перьями, когда‑то сопровождали процессии даймё [2], а теперь, забытые, обрели душу. Их ножны, похожие на молоты, будто застыли в вечном замахе — то ли для удара, то ли в последнем предостережении. На рис. 2 посередине мы видим канадзутибо и испуганные грибочки с лицами справа.
[1] Яри (яп. 槍) — японский тип древкового оружия, представляющий собой копьё и имеющий множество модификаций. Термин появился в период Камакура (с 1185 по 1333 годы). Яри — копьё, непредназначенное для метания, с наконечником, который, чаще всего, представляет собой уменьшенную копию обоюдоострого меча. Это, похоже, единственное из всех копий, известных в мире, имеющее ножны для наконечника. Японские копья яри (рис. 3, 17 в.) имели ножны, например, в форме священного молота Uchide-no-Kozuchi. Для церемоний под наконечник к украшенному древку подвешивали хвост (кисточку) из шерсти животных или птичьих перьев. Их также могли использовать как флагшток для знамен. С наступлением периода Эдо яри вышли из употребления — больший акцент в эту эпоху был сделан на улучшение качества ближнего боя, а древковое оружие утратило свою практическую ценность. Во время мирной эры Эдо яри всё ещё производились, но служили в основном как церемониальное или полицейское оружие.
[2] Даймё — крупнейшие военные феодалы в феодальной Японии, владетельные князья, контролировавшие провинции или группы земель.
Рис. 3. Наконечник копья яри и ножны в форме священного молота Uchide-no-Kozuchi
Рис. 4. Луна восходит над горой Наньпин. Цукиока Ёситоси. Серия гравюр в жанре укиё-э «Сто видов луны». 1886 г.
О том, как в деревне Синомура в провинции Тамба [3] выросли грибы хиратакэ [4]
[3] Истории, собранные в Удзи (Удзи-сюи моногатари, яп. 宇治拾遺物語), 13 в.
[4] Хиратакэ — это японское название съедобного гриба Pleurotus ostreatus (вёшенка обыкновенная, устричный гриб, жемчужная вешенка).
Давным‑давно, в далёкой деревне Синомура, что раскинулась в живописной провинции Тамба, из года в год на склонах окрестных гор щедро росли грибы хиратакэ — жемчужные вешенки, нежные и ароматные. Их собирали целыми корзинами, делились с соседями, угощали путников, готовили на праздниках и в будни. Для жителей деревни эти грибы стали не просто пищей — они были знаком благосклонности судьбы, даром, что дарил силы и радость.
Так шло много лет, пока однажды ночью деревенскому старейшине не приснился странный, тревожный сон.
Явились к нему двадцать или тридцать монахов — волосы у них отросли длинными, спутанными прядями, одежды потрёпаны, а в глазах — тихая печаль. Они склонили головы и сказали:
— Нам нужно сказать тебе кое‑что важное.
Старейшина, поражённый, спросил:
— Кто вы такие?
— Мы — те, кто долгие годы служил вам, — ответили монахи. — Но теперь кармическая связь между нами и вашей деревней прервалась. Нам придётся уйти, как это ни прискорбно. Не дело покидать вас, не простившись, вот мы и пришли.
Проснувшись, старейшина долго не мог прийти в себя. С дрожащими руками он рассказал о сне жене, детям и ближайшим соседям. И странное дело — вскоре и другие жители деревни начали видеть тот же самый сон: те же монахи, те же слова, та же печаль в их глазах. Сны повторялись, один в один, и люди замерли в тревожном ожидании.
Год подошёл к концу, и вот наступила новая весна. В девятую и десятую луну, когда прежде горы буквально покрывались жемчужными вешенками, жители Синомуры, как обычно, отправились за грибами. Но сколько ни искали они среди мха и корней, среди папоротников и старых пней — ни одного гриба не нашли. Ни единого хиратакэ.
Деревенские растерялись. Они ходили по склонам снова и снова, переглядывались в недоумении, шептались, гадали, что же случилось. Может, духи гор разгневались? Или земля устала плодоносить?
И в тот самый час, когда тревога уже готова была охватить всю деревню, к ним зашёл почтенный священник‑проповедник Тюин [5] — мудрец, славившийся своим знанием буддийского Закона. Выслушав сбивчивые рассказы, он задумчиво склонил голову, а затем произнёс:
— Дело в том, что монахи, толкующие Закон с нечистой душой, перерождаются грибами хиратакэ…
[5] Тюин – монах, живший в середине XII века. Его отцом был Фудзивара-но Суэнака (1046-1119). Тюин славился как проповедник.
Его слова повисли в воздухе, словно тяжёлый туман. Люди замерли, осознавая сказанное.
— Так что никогда, ни в коем случае нельзя есть хиратакэ, — тихо, но твёрдо добавил Тюин.
С тех пор жемчужные вешенки больше не росли в окрестностях Синомуры. А жители деревни, вспоминая слова проповедника, с трепетом смотрели на опустевшие склоны гор — и больше никогда не касались этих грибов.
Рис. 8. Хякки Ягё (ночной парад). Одри Кавасаки. 2009 г.
Так, канадзутибо остаётся загадкой — то ли дух страха, то ли призрак забытых традиций с молотом пробуждения, то ли просто тень, мелькающая на старых свитках, где ночь никогда не кончается.
Иллюстрации
1. Канадзутибо.
2. Канадзутибо. Торияма Сэкиэн. Хякки цурэдзурэ букуро. Иллюстрированное собрание 100 случайно выбранных демонов (Gazu Hyakki Tsurezure Bukuro, 画図百鬼徒然袋, изд. 1784).
3. Наконечник копья яри и ножны в форме священного молота Uchide-no-Kozuchi. Японcкое копьё Фукуро Яри асигару кадзуяри кацуги работа кузнеца Канешиге эры Tenna 1681-1684 гг. https://antikvariat-japan.ru/katalog/drevkovoe-orujie/yaponckoe-antikvarnoe-kopyo-fukuro-yari-kuznecz-dewa-daijo-monju-kaneshige.html
4. Луна восходит над горой Наньпин. Цукиока Ёситоси. Серия гравюр в жанре укиё-э. «Сто видов луны». 1886 г. Стоящий в лодке человек с копьем в руке — легендарный военачальник, знаменитый Цао Цао, который был одним из главных персонажей китайского исторического романа «Троецарствие». В нем описаны события истории Китая во II–III вв. н. э.
5. Екай с молотом, замеченный в «Хякки Ягё Эмаки» (на свитке с изображением ночного парада ста демонов). Фрагмент 1. Период Муромати (1336 - 1573 гг.)
6. Хякки Ягё Эмаки. Фрагмент 2.
7. Канадзутибо. Ночной парад ста демонов (Хякки Ягё). Фрагмент. Каванабэ Кёсай (1890 г.)
8. Хякки Ягё (ночной парад), Одри Кавасаки, 2009 г. В работе «Хякки Ягё», героиня окружена демонами и духами, они выступают, как метафора тревог и внутренних страхов. https://hsedesign.ru/project/dca42305e3cb47c3bdf3fdd4f9f0ea44
Литература
Yokai.com
https://ja.wikipedia.org/wiki/槍毛長
https://en.wikipedia.org/wiki/File:SekienYarikechouKoinryoZenfusho.jpg
https://kobun.ru/book/ujishui?id=18
Читайте мифы и легенды у нас на сайте: https://asianwebnovels.com/легенда-о-матери-нак-из-пхра-кханонга/
0 Комментарии